10310961_674713052564221_6722468168326857104_nПро Экадаши

Завтра Экадаши, поэтому сегодня я хочу вспомнить наставления Гурудева, почему мы должны строго соблюдать Экадаши.

«Если ты хочешь быть красивой как внутри так и снаружи, тогда ты должна следовать Экадаши, –  говорил он. – Внутреннее должно быть таким же, как внешнее, без двуличия. Что внутри, то и снаружи, и то, что снаружи, должно быть и внутри» (Кстати, Иисус говорил то же самое слово в слово!)

Потом он сказал: «Экадаши приходит дважды в месяц, на 11-й день убывающей и растущей Луны. Луна в это время приближается к Земле, из-за чего начинает подниматься уровень воды в океане. Не только в океане — но также и в нашем теле, поскольку в нем много жидкости. Когда мы принимаем в Экадаши зерно, разные болезни в наших телах “разбухают” вместе с водой в этих зернах, и в результате болезни усиливаются. В Экадаши умирает больше людей, чем в другие дни, это научный факт!

“Мой Гуру Махарадж и я проводили эксперимент в местном матхурском госпитале, чтобы проверить, сколько людей умирает в Экадаши по сравнению с другими днями. Обнаружилось, что на сотни больше. Поэтому зерно есть нельзя. Но почему же?” — спросил он, сладко улыбаясь. — Потому что Мать Земля (Бхуми) дважды в месяц нуждается в очищении своего тела от последствий всей ужасной кармы, творимой дживами  на Земле. Поэтому она избавляется от них в такой день через зерно. Так что если ты ешь зерно, это подобно поеданию всех грехов человечества, это все равно что есть мясо”.

С того дня я никогда не нарушала Экадаши. Позднее Гурудев объяснил, что карма за убийство животных для производства мяса уходит в зерна в Экадаши. Поэтому помимо духовного блага от следования Экадаши, оно также полезно и для нашего здоровья, нашей собственной красоты и чистоты (кармической). Так что мы должны следовать этому. Когда я поняла, почему мы соблюдаем Экадаши, мне стало очень легко  следовать.

 

Черная коробочка

В ранние дни проживания в Матхуре было модно иметь диктофон («та черная коробочка», как называл его Гурудев), чтобы записывать на старомодные кассеты каждый даршан и беседу с Гурудевом. Однажды утром я зашла в комнату Гурудева на даршан и села перед ним. Он очень ласково разговаривал с несколькими из нас.

Увидев мою «черную коробочку» на своей кровати, он тут же схватил ее. «О, это твоя черная коробочка?» – сказал он, широко улыбнувшись.

– Да, Гурудев, моя, – ответила я.

– А вот теперь она моя! Она лежала на моей кровати, я нашел ее тут, – и с этими словами Гурудев положил мой диктофон к себе под подушку.

– Ты должна записывать своим сердцем, а не черной коробочкой.

Весь тот день я пребывала в  сильном беспокойстве из-за того, что у меня не было моего диктофона… Ведь я не хотела пропустить ни слова из того, что Гурудев говорил мне, чтобы ничего не забыть. Прошло 24 часа, а черная коробочка все не появлялась.  Через два дня я пришла к Гурудеву на даршан, в то же самое время и место, но он так и не вернул мне мой диктофон.

Вот теперь я  не на шутку встревожилась! Как же я смогу записать последние несколько даршанов Гурудева перед поездкой в Кашмир? На следующее утро моя «черная коробочка» была у него в руке, и он вручил ее мне, очень сладко улыбаясь.

– Теперь ты снова можешь записывать меня, – сказал он мне, посмеиваясь.

Мне сразу стало так хорошо! Я думала, что больше не увижу свой диктофон. Само собой разумеется, каждое слово Гурудева я впитывала своим сердцем, как изнывающий от жажды цветок, а моя «черная коробочка» была подстраховкой «на всякий случай».

Сейчас я очень рада, что записывала на диктофон. Потому что после лечения в больнице четыре года назад, когда пришлось принимать очень много лекарств,  память моя ухудшилась, и аудиозаписи очень помогли восстановить все эти сладостные воспоминания и то, что Гурудев говорил мне.

 

Волшебник Гурудев

Это реальная история – продолжение истории с моим кассетным диктофоном («черной коробочкой», как его называл Гурудев). Я собиралась ехать в Кашмир, чтобы увидеться с родственниками. Это был последний даршан с Гурудевом перед отъездом из Матхуры. Мне было очень грустно и я переживала по поводу того, что уезжаю от Гурудева.

Я сказала ему:

– Гурудев, а что, если я вас больше не увижу?

– Ох, ты думаешь, я умру? – сказал он, нежно улыбаясь.

– Я не знаю, Гурудев, но мне страшно покидать вас.

– Не беспокойся, Бети [«дочь» на хинди. – Прим. пер.], – сладко сказал он мне. – Я дал тебе все, теперь ты можешь уезжать и реализовать то, что я вложил в твое сердце. Твое сердце подобно холсту, и я протираю его, чтобы он стал чистым и красивым, а затем рисую прекрасную картину, чтобы туда пришли Радха и Кришна!

Так красиво! А теперь продолжаю историю с диктофоном. У меня оставалась только одна кассета, на которую я еще не записывала даршаны. И это была моя любимая кассета с самой лучшей музыкой в стиле техно. Всю ночь я не спала, раздумывая: записывать ли вместо моей любимой музыки даршан или нет? Мне хотелось записать Гурудева, но я была так сильно привязана к той музыке… Это было очень тяжелое для меня решение! Ха-ха!

Итак, утром я захватила свою «черную коробочку» на встречу с Гурудевом и нажала на кнопку «запись», чтобы записать даршан с Гурудевом на ту кассету с моей любимой музыкой. Я гордилась собой, поскольку решилась на этот шаг, и не привязывалась к моей музыке.

Даршан был чудесен. Потом, когда я приехала в Кашмир, я проверяла все свои кассеты и слушала даршаны с Гурудевом. Включив ту последнюю кассету, я обнаружила, что могу слышать, как Гурудев разговаривает со мной, а на фоне играет та техно-музыка. ОН ГОВОРИЛ НА ФОНЕ ТЕХНО-МУЗЫКИ!!!

Я заплакала и запрыгала от радости. Ух ты! Мой Гурудев волшебник! Такая милость для меня. Всеми этими сладкими играми он дал мне столько веры! Та кассета до сих пор хранится у меня. Недавно я отдала все свои записи Ише Прабху здесь, в Алачуа, по его просьбе, чтобы он мог оцифровать их и сделать доступными для всех! Когда он получил ту самую кассету, он вернул мне ее, поскольку подумал, что это была кассета с моей странной музыкой! Потом я рассказала ему всю эту историю. Он был поражен и взял ее обратно. Это реальная история. Гурудев удивителен. Когда у нас есть полная вера в него, он творит в нашей жизни чудеса. Это факт. Джая Гурудев! Кришна Джанмаштами ки джай!

 

Подметальщица

Когда я жила с Гурудевом в Матхуре, в храме Кешаваджи Гаудия Матх, там был одна подметальщица, юная темнокожая индийская девочка лет четырнадцати. Каждый день она заходила ко мне в комнату в гости. Она была очень бедная и не говорила по-английски. Мой хинди был так же плох, как ее английский, но мы умудрялись общаться на языке жестов, движений глаз и, конечно, огромным количеством смеха и улыбок.

Как-то раз я взяла ее за руку и сказала, что собираюсь отвести ее наверх в алтарную посмотреть на Божества и встретиться с Гурудевом. Она кивнула головой, и мы, взявшись за руки, пошли вместе, как давние подружки, вверх по лестнице в алтарную. Встав перед Радхой-Кришной, мы охали и ахали от Их красоты, а потом я услышала крики в нашу сторону. Откуда ни возьмись появился один брахмачари: он подбежал к нам и замахал руками: «Нет-нет, ей нельзя быть здесь, она грязная!»

Девочка в ужасе спряталась за мной. «Это потому что она уличная? Ей можно заходить в храм, как и всем другим», – громко сказала ему я, шокированная его поведением.

На звук нашей перепалки из своей комнаты вышел Гурудев. Он позвал нас к себе. Я взяла с собой Лакшми (так звали эту девочку). Брахмачари говорил с Гурудевом на хинди. Естественно, он говорил о том, что эта бедная девочка не может находиться в алтарной, потому что она «нечиста».

Она была уличной подметальщицей, чистильщиком туалетов и душевых…

Потом Гурудев ласково поговорил с Лакшми и зашел вместе с ней и Мадхавой Махараджем в свою комнату. Там он какое-то время сладко говорил с ней и затем вышел сияющий: «Отныне никто не может называть ее нечистой, потому что я инициировал ее, теперь она – моя ученица!»

Я была ТАК счастлива! Он сказал девочке приходить и видеться с ним и Божествами в любое время, когда захочет. Она очень смущалась, но сияла от счастья! Можете себе представить. Гурудев был настолько милостив и великодушен, у него было широкое видение. Он сильно напоминал мне Иисуса, который всегда проповедовал бедным и падшим.